Открытием прошлого года для меня стал цикл «Заступа» Ивана Белова, совсем недавно вышла третья книга, которую я собираюсь прочитать сразу, как только её начнут продавать в электронке. В своей рецензии я очень хвалил первые две книги, и кто-то написал мне, что в этом случае мне обязательно надо прочитать другую, вышедшую в той же серии «Самая страшная книга».
Это была «Зна́ток: Узы Пекла» совместного авторства Германа Шендерова и Сергея Тарасова. Изначально Герман Шендеров написал лишь рассказ «Хрящехмыл», вышедший в его сборнике рассказов ещё в 2022 году. Но позднее он написал ещё два рассказа про того же героя, после чего к циклу присоединился Сергей Тарасов, с которым Шендеров и дописал книгу до конца, ставшую теперь романом в рассказах. А изначальный «Хрящехмыл» стал лишь первой главой этой книги, поменяв название на «Искупление». И уже как роман книга вышла в 2025 году.
Рекомендация, а затем и аннотация меня подкупили. Действие происходит в основном в 1965 году в небольшой белорусской деревеньке, где живёт и борется с нечистью местный зна́ток (с ударением на первый слог). Фольклор, да ещё на родной мне белорусской почве… я просто не мог пройти мимо.
Вообще, не очень понятно, почему авторы решили взять в качестве антуража именно белорусскую местность. Герман Шендеров родился и вырос в Московской области, затем переехал в Мюнхен. Сергей Тарасов живёт ещё дальше от Беларуси — он металлург из Восточной Сибири, как написано на сайте серии «Самая страшная книга». То есть знания о Беларуси у них словно бы не из первых рук. И по ходу чтения у меня возникали вопросы, так ли хорошо авторы вообще знакомы с белорусской культурой.
И эти сомнения у меня росли с каждой страницой. Выбрав сельскую местность, авторы придали своим героям местный колорит: все они говорят не на русском языке, а на «трасянке», как написано в самой книге. В Беларуси трасянкой называют смесь нескольких языков, на которой действительно общается огромное количество людей, чаще именно в сельской местности. Как правило, это могут быть не только слова русского, белорусского, украинского и польского языков, перемешанные в одну кучу. Это могут быть и слова одного языка, но произносимые по правилам другого. Например, довольно известное среди белорусов слово «ашчушчэнне» — типичиный пример, поскольку в белоруском языке нет такого слова, а переводом русского «ощущение» будет «адчуванне». Но так действительно могут и много где говорят. Аналогичный микс в Украине называют суржиком.
На этом месте я бы хотел сразу чётко определить, что книга мне не понравилась. И ниже я буду скорее писать, почему именно. Если вам неинтересны такие факты, можете смело заканчивать прямо тут, чтобы не тратить время.
Что ж, продолжим. Я читал в нескольких рецензиях, как читателям понравилась авторская передача колорита белорусской деревни. Меня же это дико бесило. Потому что то, что авторы выдают за трасянку, ей вовсе не является. Написанные русскими буквами белорусские слова часто перевираются, потому что даже если вы так хотели добавить белорусскости, то можно было бы хотя бы оставить транслитерацию произношения. И писать «дрэнна», как это и произносится в белорусском (и в трасянке), а не «дренна» или в некоторых местах даже «дрянно». Более того, во многих местах за белорусские выдаются и вовсе слова, которых нет в белорусском языке, но есть в украинском. И это можно было бы понять, происходи действие вблизи Украины: на границах языки мешаются. Но авторы чётко указывают, что деревня находится примерно в 100 километрах от Минска, а до Украины от Минска в лучшем случае минимум 200 с гаком километров. Так что вряд ли бы в такой деревне дочку называли «доня», всё же в белорусском это «дачка». А вместо использованного в романе украинского «будь ласка» в Беларуси говорят «калi ласка». И примеров таких множество, я сначала даже помечал их все для себя, а потом перестал, ибо слишком уж часто приходилось отвлекаться, тем более, что авторы и сами не могли решить, на каком языке их герои говорят. То они переходили на более-менее чистый русский, а то в своей «трасянке» использовали иногда русское слово, а иногда белорусское для того же термина. Всё же в жизни никто так не говорит. Если уж «ашчушчэнне», так всегда только так.
Отдельной вишенкой на торте для меня была фраза «Не деревня даже, а вёска». Потому что в белорусском языке «вёска» — это и есть «деревня». То есть дословно это значит «не деревня даже, а деревня». Что?!
Так что вся эта псевдобелорусскость играла сильно в минус для меня, как белоруса. Это как если взять ваш язык и начать его коверкать на все лады, рассказывая, что у вас именно так и говорят.
Похожие познания авторы показывают и в других науках, пусть и в меньшем объёме. Например, описывая начало Великой отечественной войны, они пишут, что «Немцы добрались до Беларуси быстро — не прошло и месяца». Я тут чуть не заорал. Немцы вошли в Беларусь 22 июня 1941 года в начале четвёртого утра (атака началась примерно в 3:15, а не в четыре утра, как в песне поётся). Какой месяц?!
Затем доярка объясняет мальчишке, что на лето устроилась в коровник, поскольку там «платят хорошо». Авторы, видимо, не в курсе, что в СССР до 1966 года в деревнях платили не деньгами, а трудоднями, проку от которых было примерно никакого. А в романе на дворе 1965 год, о чём там чётко говорится.
Во сне одному из героев снится Гагарин, который, цитирую, «вынул из-за спины пулемет «Максим»», потом пострелял из него пришельцев и «опустил». Блин, ребята, вы вообще пулемёт «Максим» видели когда-нибудь? Как его можно из-за спины достать или опустить?
В другом месте герой упоминает, что очень любит известную песню про «Смуглянку-молдаванку». Теоретически, он мог её знать, но в 1965 году в далёкой деревне — очень вряд ли. Эта песня была вокально-хоровой и исполнялась на очень редких концертах вплоть до 1973 года, когда вышел фильм Леонида Быкова «В бой идут одни старики» с новой аранжировкой, сделавший песню действительно всенародно любимой. А в 1965, в деревне… «Не верю!», как говорил Станиславский.
На фоне этого уже совершенной мелочью кажется факт, когда у машины полностью сгорают шины, но буквально через 50 страниц герои об этом забывают и далее катаются по окрестностям на той же машине по сути на голых дисках. И их это ничуть не смущает.
То есть если вы работаете с фактурой, вы её хотя бы изучите и следуйте своих фактам, а не пихайте всё, что вам кажется подходящим.
Поэтому к профессионализму авторов у меня было много вопросов. Но давайте остановимся на самой книге и сюжете. Она ведь очень немаленькая, более 140 тысяч слов.
И вот тут тоже всё не так радужно. Поначалу действительно интересно, как будут вплетены известные из фольклора существа в приключения героев, как они влияют на жизнь, какие из них действительно вредные, а какие в целом и полезные. Но эта часть практически не раскрывается. Если первая глава самодостаточна, то далее авторы окунают нас в одну большую историю с множеством эпизодов, но все они ведут к единому концу.
Однако события, на мой взгляд, чрезмерно затянуты, ритм выдерживать не удаётся. Сами герои довольно картонные, почти у всех них нет какого-то развития. Да и с мотивацией героев не всегда понятно. Многие их действия кажутся либо странными, либо притянутыми за уши. Ради высокой цели можно пойти на многое, но всё же люди так легко не меняются. Нельзя из человека, ещё вчера желавшего помогать всем близким и не дай бог не иметь ничего общего с чёрными колдунами, уже завтра сделать готового убивать тех же близких и упиваться чужой болью. Объяснить всё это «так надо для нашей цели» — не лучшее обоснование.
При этом основная история постепенно приходит к сделкам с чертями, Пеклом. И чем больше герои соприкасаются с этим Пеклом, тем больше авторы описывают всю внутрянку этой части мироздания. Но если о хороших или хотя бы безвредных существах они говорят мало, то чем мерзостнее тварь, тем больше в книге ей уделяется внимания.
Я стал себя ловить на ощущении, что авторам сама история была не столь интересна, сколько они упивались описанием всякой мерзости и гадостей. И чем гадостнее, чем противнее описание, тем лучше. Также сюда надо побольше пошлых подробностей и совершенно ненужных для повествования эпизодиков типа такого:
Акулина неожиданно присела на корточки, задрав до ягодиц юбку, и испустила струю вонючей коричневой мочи.
У авторов какой-то пунктик на всей этой чернухе.
А основная линия повествования… она в целом оказалась пшиком. Закончилась резко и мгновенным переобуванием плохого в хорошего, а хорошего в плохого (причём совершенно непонятно, почему). Другой герой, который тоже был за всё хорошее и против всего плохого, вдруг почему-то становится плохишом… почему? зачем? Нет ответа.
Я несколько раз порывался бросить книгу, но всё же хотел выяснить, чем это всё закончится. Выяснил, но явно зря.
Как я уже сказал, авторам интереснее чернуху описывать, а не выстроить логичный и интересный сюжет. Не понимаю, почему мне это порекомендовали. У меня вон даже хороших слов не нашлось, хотя обычно я стараюсь найти в книге что-то хорошее.
Моя оценка: 1.5/5
