Сейчас, когда весь мир вызверился на Израиль, отрицать Холокост модно, а быть антисемитом вдруг стало снова не зазорно, а даже политически верно, стократ важнее напомнить, что такое настоящий геноцид. Хотя бы самому себе, потому что не желающие слышать всё равно не услышат.
Книги об «окончательном решении еврейского вопроса» фашистами всегда занимают в моём списке особое место. Потому что, как я уже много раз говорил, для меня это не пустой звук и не «выдумка сионистов». И тут неожиданно для меня в издательстве BAbook начали продавать книгу, о которой я никогда ранее не слышал, хотя впервые она была напечатана ещё в СССР. Сейчас её автор, Давид Гай, решил выпустить её повторно, в том числе после резни в Израиле 7 октября.
И я благодарен, что книга попалась мне на глаза, поскольку историю Минского гетто люди знают очень мало. На слуху обычно Варшавское, огромное, на руинах которого в том числе сражалось Варшавское восстание 1944 года, задушенное гитлеровцами, когда советские войска стояли уже совсем недалеко. Да и само гетто не раз показывали в кинематографе, а оскароносный «Пианист» Романа Полански практически полностью посвящён истории одного еврея в этом гетто.
А вот про самое крупное гетто на территории СССР — Минское — информации мало. Частично это связано с тем, что после войны тема Холокоста очень мало освещалась в СССР. В том числе потому что в 1947 году началась активная анти-еврейская кампания на государственном уровне, на пике выросшая до дела врачей в 1953 году перед самой смертью Сталина.
Минское гетто начали формировать в первые же дни войны, сначала как место переселения евреев самого Минска и окрестностей, позднее — как ещё один лагерь для перевозимых евреев из других стран, в частности, в Минском гетто оказалось значительное количество евреев из самой Германии. Немцы оградили участок города близ исторического центра на Немиге и в считанные недели (а то и дни) согнали туда всех евреев из их домов и квартир. Туда же попали и евреи, не сумевшие убежать от наступления немецкой армии и вернувшиеся домой.
В своей книге Давид Гай показывает историю гетто с момента его образования в 1941 году и до самой ликвидации незадолго до освобождения Беларуси советскими войсками. Причём в освобождении республики евреи из этого самого гетто оказали очень заметное участие. На территории, где люди должны были просто умирать, сумели организовать подполье, и совместно с ячейками из других частей города наладили сбор и передачу оружия, медикаментов и значительного людского ресурса в партизанские отряды. Хотя, как показано и в книге, иногда провокации гестапо и поверивших в них руководителей советской партии приводили к расстрелу на месте вырвавшихся из ужаса людей, бегущих ради спасения и служения партизанскому движению.
Книга по структуре напоминает творчество белорусской писательницы Светланы Алексиевич, получившей за свои произведения Нобелевскую премию. При наличии некоторого количества авторского текста об описываемых событиях всё же львиную долю книги составляют записанные или найденные автором воспоминания участников и свидетелей. Которых после нескольких лет существования гетто осталось не так и много.
И из этих воспоминаний можно в том числе узнать, почему евреи зачастую не пытались сбежать, почему шли практически на убой, даже уже понимая, что их ожидает. Разумеется, в первые дни ещё не понимали, что гитлеровская Германия поставила целью уничтожение целого народа, но близость Минска к оккупированным землях Польши позволяла узнать, что немцы творят на этих землях, то есть что ожидает и евреев Беларуси.
Как бы ни пытались скрыть некоторые факты после войны, свидетели говорят, что многие погромы, насилие и казни выполняли отнюдь не только немцы. В полиции служили и белорусы, а кровавыми рейдами-набегами на само гетто занимались украинские и латышские полицейские батальоны, позже к ним присоединился литовский — у нечисти нет национальности.
То же было и среди самих евреев. Кто-то пытался выслужиться и тем продлить себе (а то и сохранить, кто его знает) жизнь, сдавая соседей, выискивая подпольщиков. Другие ставили личные обиды ниже братской солидарности. Так бывший осуждённый, попавший во внутренние охранники гетто, не только не воспользовался положением и не сдал судью, осудившую его, но даже помогал избегать погромов и как мог способствовал подпольщикам на своей территории.
Тяжелее всего приходилось тем, кто не был полезен немцам в эти дни. Без работы они могли надеяться только на помощь близких, которые и сами не знали, как выжить. И защитить их было некому. Старики, женщины, дети — первые кандидаты на прозябание, голод и смерть. В фильме «Пианист» Романа Поланского есть кадры, как полицаи до смерти забивают ребёнка, пойманного на попытке пронести в гетто мешок с припасами. Это выглядит жутко, но ещё страшнее, когда ты понимаешь, что в какой-то момент в гетто такая гибель становилась обыденностью.
Дети уже в 4 года понимали, что во время рейдов надо быть тише воды, если хочешь выжить сам и не дать погибнуть родным (в книге есть воспоминания такого мальчика). Матери, в попытке спасти детей хоть как-то, старались пристроить их в не-еврейские семьи или детские дома, выдумывая им русские и белорусские имена. Понимая, что ребёнка могут выдать, а вероятность встречи снова очень мала. Руководитель детского дома, где жили еврейские сироты, подделал документы, написав о каждом «белорус, о родителях сведений нет». И тем самым спас десятки детей. К сожалению, это были капли в море. Потому что для иных была уготована смерть. Один из спасшихся вспоминает, как другой приют приехали уничтожать под присмотром самого Вильгельма Кубе, гауляйтера Беларуси: «Детей живыми кидали в яму и засыпали песком под душераздирающие крики«. Палач Менцель упивался убийствами, в том числе детей: «Гестаповец Менцель, иногда проверявший рабочие колонны и не допускавший присутствия в них матерей с маленькими детьми, вырвал из рук женщины малыша, наступил ногой на его головку и разорвал тельце пополам«. И это не художественный вымысел, а воспоминания…
В книге Давида Гай есть несколько фотографий с улиц самого гетто. Очень мало, потому что никто не собирался создавать историю уничтожения целого народа. И глядя на эти фотографии, читая воспоминиания очевидцев, я пытался узнать в этих людей своих родственников. Потому что именно Минское гетто — страшная рана на истории и моей семьи, в нём сгинула родная сестра моего деда с двумя детьми — своим и старшим братом моей мамы, которому в 1941 году было всего четыре года.
После войны историю гетто изучали и документировали в Академии Наук БССР, однако партия не желала предать огласке эти факты: «Удалось собрать обширные материалы, но до обнародования дело не дошло — на папки с рассказами узников, фотографиями, топографическими схемами был наложен гриф «Совершенно секретно». Так в республике сознательно прятали память о статысячах погибших, одновременно борясь с «сионистским влиянием»«. Правдами и неправдами автор сумел изучить часть этих материалов, которые в итоге легли в основу его книги.
Я благодарен автору, что он собрал все эти сведения и решил перевыпустить книгу. Эта книга — свидетельства ужасов. Свидетельства тех, кто их пережил. Такие книги должы существовать, их нужно читать и рассказывать об истории, чтобы её никогда не забывали. И не начинали отрицать, как сейчас популярно в Европе, вновь с диким азартом подхватившей пламя антисемитизма после резни 7 октября 2023 года, когда силами грамотной пропаганды жертва вдруг стала палачом.
Моя оценка: 4.5/5
